Индейка тормозит. Темпы роста отрасли замедлились из-за ветеринарных проблем

Бурный подъем индейководческого сектора, возможно, закончился, едва успев начаться. Если с 2014 по 2016 год объемы производства в сегменте увеличились вдвое, то в 2017-м прирост оказался меньше среднегодовых уровней — всего около 3%

Индейка тормозит. Темпы роста отрасли замедлились из-за ветеринарных проблем

Бурный подъем индейководческого сектора, возможно, закончился, едва успев начаться. Если с 2014 по 2016 год объемы производства в сегменте увеличились вдвое, то в 2017-м прирост оказался меньше среднегодовых уровней — всего около 3%. Эксперты оптимистичны — это временный спад. Развитие отрасли будут стимулировать рост потребления и расширение экспорта

Менее чем за десять лет российский рынок индейки превратился из небольшой ниши птицеводства в отдельную категорию, представленную на прилавках магазинов наравне со свининой, говядиной, мясом бройлера и используемую переработчиками в качестве сырья. По данным консалтинговой компании Agrifood Strategies, объемы производства мяса индейки с 2010-го по 2016 год увеличились в 4,7 раза — с 48,2 тыс. т до 226,5 тыс. т в убойном весе. Причем в 2016-м по сравнению с предыдущим годом прирост составил более 50%. Эксперты прогнозировали, что такие темпы сохранятся и в ближайшей перспективе. Однако в конце 2016-го и в первой половине 2017-го в России активизировался грипп птиц, что привело к падежу поголовья бройлера на нескольких предприятиях в Московской области, Татарстане, Чечне, Краснодарском крае и других регионах. Поразил вирус и предприятие одного из крупнейших производителей индейки — ростовского «Евродона». Комплекс приостанавливал работу на полгода. По данным самой компании, было уничтожено около 15% поголовья птицы.

Игроки уходят с рынка…

По оценке Института конъюнктуры аграрного рынка (ИКАР), производство индейки в 2017 году осталось на уровне 2016-го, когда было выпущено около 226,5 тыс. т. Национальный союз производителей и переработчиков мяса индейки не исключает сокращения объемов на 2% до 220 тыс. т. Президент Agrifood Strategies Альберт Давлеев предварительно оценивает производство в 233 тыс. т (все цифры в убойном весе). Прирост по сравнению с предыдущим годом, по его мнению, составил менее 3%.

Прошлый год обнажил все риски, о которых не раз предупреждали эксперты. В частности, о высокой зависимости от импортных поставок инкубационного яйца и суточного птенца. В апреле 2017-го их ввоз из-за гриппа птиц был ограничен Россельхознадзором сначала из Польши, затем из Германии и других стран Евросоюза. «Индейководам пришлось быстро переключаться на поставки из Канады и США, а смена поставщика — это время, нервы, незапланированные траты, — говорит гендиректор Национальной ассоциации в области индейководческого хозяйства Юрий Марков. — В той или иной мере тревогу и дискомфорт испытали все без исключения хозяйства. У некоторых предприятий сместились графики выращивания и, как следствие, уменьшились объемы продаж».

В 2017 году собственными родительскими стадами обладали только две компании — «Евродон» и «Руском Агро» (в составе две индейководческие птицефабрики — Морозовская в Омской области и Юргинская в Тюменской), которые обеспечивали менее 30% потребности сектора в инкубационном яйце. «Ситуация усугублялась тем, что в период закрытия ЕС «Евродон» тоже не осуществлял продажи инкубационных яиц из-за вспышки гриппа птиц, — отмечает Марков. — А ведь от него зависят многие небольшие предприятия, которые не могут позволить себе импорт». Возобновить производство компания смогла только в июле. Ранее глава холдинга Вадим Ванеев оценивал ущерб от заболевания в 2,6 млрд руб. без учета недополученной прибыли.

И вовсе уйти с рынка был вынужден «Башкирский птицеводческий комплекс имени Гафури» («БПК»). По данным Agrifood Strategies, предприятие входило в тройку лидеров рынка, контролируя около 12% общего объема производства индейки в стране и занимая лидирующие позиции на Урале. Заявление о признании компании банкротом башкирская межрайонная инспекция ФНС по крупнейшим налогоплательщикам подала в ноябре прошлого года. В сентябре было забито последнее стадо. К тому моменту на предприятии оставалось около 45 тыс. индеек, в январе их было 700 тыс. По словам Давлеева, до начала 2017 года дела у «БПК» шли хорошо. «У них был нормальный производственный цикл. Мощности комплекса, представлявшего собой вертикально интегрированное предприятие, позволяли производить свыше 30 тыс. т в убойном весе», — рассказывает он. Компания ориентировалась на собственную фирменную розницу, но был упущен момент быстрого роста федерального и местного ритейла. А с ним сложно конкурировать.

Дальнейшая судьба комплекса непонятна. «Владельцы «БПК» просили за свой комплекс 20−30 млрд руб., но желающих купить его за такую цену не нашлось», — знает один из участников рынка. И чем дольше предприятие, оснащенное современным оборудованием, будет оставаться бесхозным, тем меньше шансов, что им вообще кто-то заинтересуется.

Помимо «БПК», в прошлом году прекратили работу и другие небольшие компании — «Прогресс» в Тульской области, птицефабрика «Удмуртская», говорит Марков. А за несколько лет с рынка ушли еще несколько крупных, мелких и средних хозяйств: «Сибирская Губерния» (Красноярский край), «Агромарс» (Татарстан), агрофирма «Герцевская» (Белгородская область) и другие, добавляет Давлеев. Причины: неспособность снижать себестоимость в условиях незначительных объемов производства, отсутствие долгосрочных контрактов с сетевым ритейлом, проблемы с финансированием, высокая долговая нагрузка, ошибки в менеджменте, перечисляет он.

Сейчас главные проблемы отрасли — высокая конкуренция и птичий грипп, считает директор «Тамбовской индейки» (совместное предприятие «Черкизово» и испанской Grupo Fuertes) Андрей Ковалев. Небольшие, неэффективные предприятия, морально и физически устаревшие, не смогут составить конкуренцию современным и продолжат уходить с рынка, уверен он.

… но будут появляться новые?

Отечественное индейководство уже характеризуется высокой степенью консолидации и концентрации. По оценке Agrifood Strategies, общая доля четырех крупнейших производителей — «Дамате» (Пензенская область), «Евродона», «Тамбовской индейки» и «Краснобора» (Тульская область) — составляет более 71% от объема общего производства в убойном весе.

Для «Тамбовской индейки» 2017 год был успешным. Компания заняла место обанкротившегося «БПК», получила запланированный прирост производства и выпустила 38 тыс. т мяса индейки в живом весе. Усилила свои позиции в 2017 году и компания «Дамате», выйдя на проектную мощность в 60 тыс. т в убойном весе. В течение ближайших двух лет объем производства планируется увеличить до 155 тыс. т в год. Общая стоимость проекта составит 41 млрд руб., рассказывает совладелец и гендиректор «Дамате» Рашид Хайров. Весной 2018-го компания запустит новый убойный завод на 3 тыс. голов в час. В планах «Евродона» на этот год — увеличение объемов производства до 150 тыс. т мяса индейки в живом весе. А после модернизации своего третьего мясоперерабатывающего завода холдинг рассчитывает вырасти до 270 тыс. т.

Ведущие игроки — это вертикально-интегрированные компании, с опытом работы, возможностями для расширения производства, налаженными каналами сбыта. Мелким предприятиям трудно с ними конкурировать. Выигрывает тот производитель, который научился продавать даже дешевые позиции из индейки по высокой цене. За счет упаковки, разных видов разделки, грамотного маркетинга и прочего, считает Юрий Марков. «Некоторые обанкротившиеся предприятия делали ставку просто на продажу мяса в тушке. Или из-за неустойчивых потоков продаж накапливали объемы в глубокой заморозке, а потом были вынуждены снижать цены, — поясняет он. — Реализация одного только филе не формирует прибыль, важно делать ставку на высокомаржинальные продукты, в том числе продукты глубокой переработки, например колбасы, купаты, деликатесный ряд». Наибольшим спросом пользуется качественно упакованная охлажденная продукция. Для этого необходимо специальное дорогостоящее оборудование, но возможности купить его есть не у всех, констатирует эксперт.

Однако даже при высокой конкуренции место для новых игроков есть, признает Марков. «Во многих регионах индейку вообще не выращивают. Например, жители Восточной Сибири и Дальнего Востока практически не знают, что такое охлажденная индейка», — отмечает он. Производства крупных игроков сконцентрированы в центре и на юге страны. Альберт Давлеев видит перспективы для любых небольших региональных предприятий (до 10 тыс. т в год в убойном весе), ориентированных исключительно на локального потребителя. «При покупке еды наши сограждане традиционно демонстрируют высокий патриотизм. Если на одной полке будет лежать привозной товар и местный, то покупатель выберет местный, даже если он стоит дороже. Особенно если речь идет об охлажденной продукции», — считает эксперт.

Новые инвесторы действительно появляются. Небольшую птицеферму (на 2,1 тыс. т мяса индейки в убойном весе) планируется возвести в Ангарском районе Иркутской области. Общая стоимость проекта, включающего семь корпусов откормочного производства, убойный, разделочный, упаковочный цеха, составляет 275 млн руб. Срок окупаемости — около трех лет. Первая очередь обойдется в 100 млн руб. «Мы изучили местный рынок и увидели, что охлажденной индейки на нем вообще нет, — рассказывает учредитель проекта «Индейка Приангарья» Анна Лазорив. — Интерес к продукции уже высказала розница, в том числе и федеральные сети, и переработчики». Планируемая цена индейки в опте — 158 руб./кг за тушку, но разделка будет стоить дороже.

Инвесторы уже вложили в строительство птичников, коммуникаций, инкубатора примерно 80 млн руб. собственных средств, но деньги закончились. «На уровне администрации области проект получает огромную поддержку. Все нам рады, помогают в решении любых проблем. Однако получить кредит мы не можем уже около года», — делится Лазорив. Региональное отделение Сбербанка уже отказало компании ввиду отсутствия нормальной залоговой базы. «Мы запрашивали 100 млн руб. для первой очереди проекта. Он предполагает капитальный ремонт старой птицефермы, строительство кормоцехов, организацию убойного цеха, закупку оборудования для птичников, — рассказывает он. — Но банки относятся очень настороженно».

В декабре Анна Лазорив защитила проект на инвестсовете у губернатора Иркутской области и получила статус регионального инвестора. «Теперь возможность работать с нами рассматривают «Корпорация развития Иркутской области», ВТБ, но перспективы пока непонятны. У нас все готово, и если нам откроют финансирование, мы готовы начать производство уже через два месяца», — утверждает она.

По оценкам Agrifood Strategies, в России анонсировано порядка 50 индейководческих проектов, и эта цифра не меняется уже несколько лет. Некоторые прошли этапы одобрения местными региональными администрациями и кредитными комитетами банков. Под них даже были выделены земли, элементы инфраструктуры, разработана проектная документация, но строительство так и не началось. Другие и вовсе существуют только на бумаге. По оценкам Давлеева, индейководческий проект мощностью 10−15 тыс. т в год сейчас обойдется инвестору в $8−10 млн. Такая сумма потребуется на создание инкубатора, кормовых площадок, убойного производства. Сроки возврата инвестиций увеличились с 5−7 до 8−10 лет. Банки тоже неохотно кредитуют такие проекты, особенно с учетом того, что даже вполне успешные игроки столкнулись с теми или иными неудачами, подтверждает он.

Расшатать спрос

Одной из проблем рынка индейки в прошлом году стало и сокращение реально располагаемых доходов населения. Спрос стагнировал. Кроме того, культура потребления индейки в стране все еще сформирована недостаточно, полагает директор по продажам компании «Краснобор» Сергей Кокорев. Вследствие этого на рынке наблюдалось перепроизводство. «На свои заявленные мощности вышли лидеры отрасли, открылись небольшие фабрики в Омской, Оренбургской областях, многие производители вынуждены продавать товар ниже себестоимости, идет жесткая борьба за полки магазинов всех форматов, что отражается и на ценах», — рассказывает он. Так, если в мае прошлого года в крупном опте цена филе грудки индейки доходила до 275 руб./кг, то в январе 2018 года она составляла уже менее 200 руб./кг.

Сформировался определенный круг потребителей, которые рассматривают индейку как полезный продукт на каждый день и готовы за нее платить. Но это относится преимущественно к жителям крупных городов и благополучных регионов, обращает внимание гендиректор Росптицесоюза Галина Бобылева. В целом индейка конкурирует с одной стороны с бройлером, с другой — со свининой. Причем спрос на оба продукта стабилен. «Люди делают выбор в пользу первого, потому что сегодня это самое привычное и дешевое мясо, — отмечает она. — Цена на бройлера практически не растет уже три года».

Андрей Ковалев уверен, что в ближайшие три-пять лет спрос будет расти, что станет стимулом для появления новых проектов. Пока объем потребления индейки в России все еще недотягивает до уровня западных стран и составляет в среднем около 2 кг/год. «По пищевым привычкам мы очень похожи на европейцев. И в течение нескольких лет вполне возможно довести годовое потребление мяса индейки до 5−8 кг на человека, — убежден независимый эксперт мясного рынка Мушег Мамиконян. — А это значит увеличение производства минимум раза в два». По прогнозу Давлеева, в 2018 году объем выпуска этого вида мяса вырастет до 320 тыс. т, а к 2025 году превысит 500 тыс. т в убойном весе.

Расширить спрос можно за счет любой категории потребителей. «Как ни парадоксально, но индейку регулярно покупают пенсионеры — не самая обеспеченная категория покупателей, — отмечает Кокорев. — Они следят за своим здоровьем и готовы пусть изредка и в небольших количествах, но есть ее. Все чаще покупают индейку для детей». По мнению Хайрова, следует двигаться в регионы, рынки которых не насыщены, и за счет них повышать спрос. «Развитие отрасли упирается не только в платежеспособность населения, но и в логистические возможности производителя, то есть как далеко и в каких объемах он может доставлять свою продукцию без потери качества», — добавляет Бобылева. Сегодня основной канал продаж — супермаркеты и гипермаркеты, которые предпочитают работать с упакованным мясом и которым важна скорость поставки. Предпочтение отдается порционным продуктам с фиксированным весом, что формирует иные логистические тенденции. Например, на новом заводе «Дамате» не предусмотрены складские площади: упакованная продукция сразу отправляется к покупателю. «Мы сократили время от начала разделки охлажденной продукции до отправки ее потребителю до восьми часов», — говорит Хайров.

Потребление индейки будет увеличиваться вместе с ростом доходов населения и по мере культивации в обществе здорового образа жизни, полагает Кокорев. «Изменение цены на тот или иной вид мяса способно очень быстро трансформировать структуру спроса, и индейка отвоюет долю и у бройлера, и даже у свинины, — уверен Мамиконян. — Если индейка начнет дешеветь, все больше людей станут включать ее в повседневный рацион наряду с курицей, доля которой уже значительна». По его мнению, индейка будет и дальше теснить говядину, поскольку по потребительским свойствам эти виды мяса похожи: тушка индейки состоит не только из белого, но и из «красного» мяса.

Кроме того, потенциал рынка индейки не ограничен исключительно розничными продажами. Проведено много исследований относительно функциональных свойств разных видов мяса, которые особенно важны для мясоперерабатывающий промышленности, ведь переработчики являются заказчиками около 40% сырья во всех видах мяса, напоминает Мамиконян. «Функциональные свойства индейки также сопоставимы со свойствами говядины и превышают функциональность других видов мяса», — утверждает он.

Экспорт под вопросом

Еще один фактор, который может стимулировать рост производства — развитие экспорта. Поставки российской индейки за границу будут расти и к 2025 году достигнут 51 тыс. т, включая субпродукты, уверен Альберт Давлеев. Лидеры отрасли уже налаживают каналы сбыта. «Мы рассматриваем экспорт в том числе как один из способов избежать перенасыщения внутреннего рынка и обезопасить его от конкурентных войн», — говорит Рашид Хайров. Первые отгрузки за рубеж компания начала еще в 2015 году. Вывоз идет в страны ЕС, а также Сербию, Гонконг, ОАЭ, Вьетнам и Бенин. В 2017-м компания экспортировали 350 т продукции из мяса индейки. В планах на этот год — получение разрешений на экспорт еще в целый ряд государств.

Расширять поставки в другие страны хочет и «Евродон». В ближайшей перспективе экспорт должен составить около 5% от общего ассортимента. В прошлом году за границу было отправлено более 100 т. «Главное не просто начать поставки в ту или иную страну, а наладить долгосрочное стратегическое партнерство», — подчеркивает Вадим Ванеев.

Самым перспективным рынком индейководы считают ЕС, где потребление продукта растет, в том числе за счет увеличения доли мусульманского населения. «В странах ЕС и Сербии очень сильно востребовано филе грудки индейки. На него приходится 30% тушки птицы, и это дорогой продукт, — рассказывает Сергей Кокорев. — К тому же в ЕС есть трейдеры, заинтересованные в нашей индейке и готовые покупать ее для дальнейшей поставки в государства с высокой степенью риска, в частности, Центральную и Южную Африку».

По мнению Давлеева, рынком сбыта филе может стать и Ближний Восток. «Там мало едят индейку, но делают из нее ветчины и даже аналог бекона, — говорит он. — Поэтому туда можно продавать как сырье, так и готовые продукты». В Юго-Восточной Азии, Китае, африканских странах востребованы субпродукты.

Впрочем, на данный момент экспортные перспективы весьма туманны. С прошлого года рынки ЕС, Китая, Вьетнама, Гонконга и ряда средне- ближневосточных стран недоступны для российской птицы из-за карантина по гриппу птиц. «ЕС и некоторые другие страны не признают российскую регионализацию по этому заболеванию. Наша страна закрыта как единая территория, независимо от места вспышки эпидемии и вида птицы», — поясняет Давлеев.

Индейку не умеют готовить

По мнению участников рынка, при популяризации индейки стоит делать упор не только на ее полезные свойства. Как показали результаты совместного исследования «Дамате» и IPSOS Comcon в 2017 году, одной из причин отказа от покупки мяса индейки является негативный опыт: не все умеют правильно его готовить. «Поэтому мы активно размещаем рецепты в соцсетях, сотрудничаем с кулинарными программами на телевидении и кулинарными школами, выпускаем полуфабрикаты из мяса индейки (бургеры, котлеты, ассортимент для гриля и запекания, колбасные изделия), что позволяет расширить потребительский опыт и развивать продажи», — рассказывает директор по маркетингу «Дамате» Дарья Лащенко.

«Евродон» уже шесть лет проводит одновременно в 15 городах «День индейки», в рамках которого потребителей учат, какие блюда можно из нее приготовить. «Тамбовская индейка» для продвижения продукции использует ТВ-поддержку, диджитал, а также промо и поддержку в точках продаж.

У индейки своя специфика

По словам Альберта Давлеева из Agrifood Strategies, начиная индейководческие проекты, далеко не все инвесторы понимают особенности этого бизнеса. Некоторые считают, что это примерно то же самое, что вырастить курицу. Но бройлер растет 35−42 дня, а самец индейки — 140−145, при этом конверсия корма у индейки ниже: около 2,5 кг на 1 кг привеса против 1,6−1,8 у бройлера, отмечает эксперт. Это значит, что затраты на корм и поддержание здоровья стада у индейководов выше. «А если из-за финансовых проблем случился провал по закупке кормов, индейка перестает нормально расти», — говорит он.

Многие игнорируют правила ветеринарной безопасности. Например, создают производства на базе существующих бройлерных птицефабрик, что категорически нельзя делать. «Индейка — очень капризная птица, она быстро подхватывает болезни, птичники для нее надо строить заново, в чистом поле, — акцентирует Давлеев. — Птицу разных возрастов нельзя сажать как рядом друг с другом, так и с бройлером, уткой и тем более другими животными».

Еще один особый фактор — высокая зависимость сектора от импортного материала. Если вдруг производители по какой-то причине в течение хотя бы одного года будут лишены возможности поставок яйца и птенца из-за рубежа, отечественное индейководство закончит свое существование, уверен Юрий Марков из Национальной ассоциации в области индейководческого хозяйства. «Те предприятия, у которых есть свои родительские стада, будут чувствовать себя не намного уверенней, — утверждает он. — Ведь птенца — будущего родителя — мы тоже закупаем за рубежом. Собственных «чистых линий» индеек тяжелых пород в России нет».

http://agroinvestor.ru/markets/article/29464-indeyka-tormozit


Комментарии

Нет комментариев. Ваш будет первым!